Псковский кадетский корпус 1882

История

Документы

Псковский кадетский  корпус создан  в 1882  году  по  указу  императора  Александра III. Однако его появлению, согласно исследованиям псковских краеведов и историков (этой точки зрения, в частности, придерживается Ф.А.Ушаков в книге «Материалы для истории Псковского кадетского корпуса», Псков, 1901), предшествовал длительный период постепенного преобразования гарнизонной школы, созданной в Пскове во времена Петра I,     сначала в полубатальон  военных кантонистов, затем в училище военного ведомства, военную прогимназию, военную гимназию и, наконец, в кадетский корпус. Как считает Ушаков, история учреждения Псковского корпуса своими корнями уходит в петровскую эпоху и тесно связана со становлением и развитием начального военного образования в России. Книга Ф.А.Ушакова заканчивается словами: «И, наконец, в 1882 г. был учрежден Псковский кадетский корпус». И ни слова о самом кадетском корпусе. Рассмотрение этапов становления системы обучения военному делу в России на примере существовавших в Пскове военных учебных заведений представляется довольно интересным и поучительным, поскольку показывает, как шло развитие военной  педагогической мысли в России, каким образом готовились дети и юноши к службе в российской армии в ХУ111 и Х1Х вв.

В 1721 г. по указу Петра I при каждом пехотном полку были учреждены школы на 50 солдатских детей для обучения их грамоте и различным ремеслам или «мастерствам». В 1721 г. в школах, получивших название «гарнизонные», при 49 полках и батальонах уже числилось 2475 детей. В них обучались дети от 7 до 15 лет. В зависимости от способностей, определявшихся в первые месяцы пребывания детей в школе, их делили на несколько групп для специализации и подготовки к службе в армии  на определенных должностях: 10 человек  специализировались в области артиллерии и фортификации, 20 – в области пения и музыки, 10 – учились различным ремеслам, 10 – готовились стать писарями. В 15-летнем возрасте дети  направлялись в армейские и гарнизонные подразделения для прохождения службы. Наиболее способных учеников оставляли в школе до 18-летнего возраста. Школы находились под надзором  офицеров, общее руководство ими осуществляли вице-губернатор, губернатор и генерал-губернатор.

Анна Иоанновна повелела в 1732 г. добавить в каждой гарнизонной школе по 14 вакансий. При Елизавете Петровне в 1758 г. в гарнизонных школах уже обучалось 6002 человека. При Екатерине II численность обучающихся была доведена до 12000 человек.

Существует предположение, что при батальоне, стоявшем в Пскове, гарнизонная школа существовала с момента учреждения школ в 1721 году. Однако конкретное упоминание о псковской школе относится к 1783 г., когда псковский батальон получил генеральное постановление Военного ведомства, касающееся гарнизонных батальонов и действующих при них гарнизонных школ. Командиру псковского гарнизонного батальона было предписано иметь гарнизонную школу в полном порядке и обеспечить надлежащий контроль за обучением  в ней детей.

С декабря 1798 г. псковская гарнизонная школа стала именоваться военно-сиротским отделением, воспитанники которого не только получали образование в стенах этого учебного заведения, но и, находясь на полном обеспечении, проживали в нем и получали соответствующее воспитание. Воспитывали 6-летних мальчиков солдаты, огрубевшие за годы длительной службы и привыкшие к суровой воинской дисциплине.

В 1801 году псковское военно-сиротское отделение было одним из трех основных и наиболее благополучных учебных заведений Пскова. Согласно отчету командира Псковского батальона, в 1801 г. в военно-сиротском отделении состояло 170 воспитанников в возрасте от 7 до15 лет. С 7-летнего возраста детей обучали Закону Божьему, чтению и письму на родном языке, арифметике, рисованию, пению и ряду других предметов на факультативной основе. В понедельник, вторник, четверг и пятницу до обеда дети, уже умевшие писать, обучались арифметике, другие – азбуке, правилам чтения. После обеда преподаватели в группах менялись. В субботу до обеда изучался воинский артикул и Высочайший устав. По воскресеньям уроков не было, детям была предоставлена возможность для самостоятельной работы и игр. С мая по 1 октября по понедельникам и четвергам проводились строевые занятия.

Экзамен проводился  в августе под  руководством командира гарнизонного батальона. В 1803 г. военно-сиротское отделение возглавил смотритель в чине штабс-капитана.  В 1824 г. под  военно-сиротское отделение в Пскове было освобождено старинное каменное здание, в котором до этого находились госпиталь, городской архив, суд. В 1882 г. в этом здании был учрежден Псковский кадетский корпус.

С 1805 г. воспитанников военно-сиротских учебных заведений стали называть кантонистами. Слово кантонист непосредственно связано системой комплектования войск в Европе в ХУ11-ХУ111 в.в. в Пруссии каждый полк  для своего комплектования имел приписанный к нему округ-кантон. Людей, поступавших на службу из этого округа в прусский полк, стали называть кантонистами. Так как дети нижних чинов российской армии, поступавшие в гарнизонные школы, готовились к воинской службе в основном в гарнизонах, к которым были приписаны школы, и обучались специальностям, необходимым для конкретных военных потребностей гарнизонов, их по аналогии с европейскими призывниками стали называть кантонистами.

В 1826 г. численность псковского военно-сиротского отделения составила приблизительно 600 воспитанников, которые были распределены по 4 ротам. Однако в основном здании в это время могла проживать только одна рота численностью до 100 человек. Остальные воспитанники проживали на частных квартирах, за что их владельцы  получали соответствующее вознаграждение. Ротами командовали  унтер-офицеры, имевшие помощников из учителей низшего звания. Педагогический и административный персонал составлял 40 человек. Каждая рота делилась на три так называемых капральства, каждым из которых  заведовал учитель. Капральство, в свою очередь, делилось на более мелкие группы. К воспитанию младших возрастов подключались взрослые кантонисты.

В описываемые годы большое внимание уделялось соблюдению воспитанниками правил личной гигиены, чтобы исключить возможность возникновения какой-либо эпидемии. Добиться этого было очень сложно, потому что значительная часть воспитанников проживала в городе, и контроль за соблюдением ими гигиены был практически невозможен. А за теми воспитанниками, которые проживали на основной территории, был установлено строгое наблюдение, и малейшее нарушение правил внутреннего распорядка могло повлечь за собой суровое наказание. Распорядок дня в военно-сиротском отделении в эти годы выглядел следующим образом:

Подъем                                                                                   5.00

Молитва, завтрак                                                                               6.00  -  6.30

Приготовление уроков                                                                     6.30  -  8.00

Уроки и работа в мастерских                                                           8.00  -  11.00

Обед                                                                                                   11.00  -  11.30

Отдых                                                                                                 11.30  -  14.00

Уроки и работа в мастерских                                                          14.00  -  19.00

           Ужин                                                                                                 19.00  -  19.30

           Личное время                                                                                   19.30  -  21.00

           Молитва, перекличка, отбой                                                          21.00

На завтрак полагалось 1-1,5 фунта хлеба с солью, на обед – щи или суп, каша,  на ужин – жидкая кашица,«размазня».

Из приказов по военно-сиротскому отделению было видно, что обстановка в отделении складывалась довольно сложная, особенно в связи с тем, что большая часть учащегося контингента проживала за пределами расположения отделения. Тому неважному положению, в котором находилось отделение, нередко способствовали и сами преподаватели. Дисциплина была низкой как у воспитанников, так и у преподавателей. Учителя приходили на уроки нередко неряшливо одетыми, в нетрезвом виде, с детьми обращались грубо. В одном из приказов директора требовалось, чтобы дежурные по учебному заведению не позволяли учителям в учебное время выходить из здания и посещать кабак, находившийся напротив.

В 1827 г. военно-сиротское отделение преобразуется в полубатальон военных кантонистов. В 1844 году численность полубатальона достигает  2243 человека. Из этого количества только 400 воспитанников могли проживать в Пскове и осваивать в более или менее нормальных условиях учебную программу. Остальная часть полубатальона находилась на поселениях в деревнях, нередко удаленных от города на расстояние в 5-6 километров. Управление поселениями из Пскова, надзор за кантонистами практически не осуществлялся. Жизнь поселений целиком зависела от местного командования  и самих кантонистов. В большинстве поселений хозяйство было плохим. При проведении инспекционных проверок и смотров кантонисты были вынуждены пересылать одежду из роты в роту, потому  что положенной по довольствию  одежды и обуви на всех не хватало. Питание было поставлено плохо, в местах поселения процветали воровство, мародёрство. Между жителями  деревень и кантонистами нередко происходили столкновения. О нормальном учебном процессе на поселениях не могло быть и речи.

В 1858 году Военное ведомство принимает решение о создании училищ военного ведомства. В соответствии с новым положением  Псковский полубатальон преобразуется в Псковское училище военного ведомства со штатной численностью в 449 человек. При этом 149 человек были из псковского полубатальона, а 300 человек прибыли из Новгорода, где первоначально было создано, а потом закрыто такое же училище Военного ведомства. При создании  училищ прежде всего планировалось навести порядок в системе обучения и воспитания  воспитанников этих учебных заведений. В училища поступили учебные программы, методические разработки, инструкции по работе с личным составом, указания о либерализации внутреннего распорядка, о применении к воспитанникам различных мер поощрения за усердие в учебе и благопристойное поведение.

Чехарда  преобразований  псковского  учебного  заведения  продолжалась  десятилетиями. В 1866 г. училище преобразуется в военно-начальную школу с общей численностью в 400 воспитанников, распределенных по 4 ротам. В 1868 военно-начальная школа становится прогимназией. Военные прогимназии были низшими  учебными заведениями. Псковская прогимназия была одной из 8 прогимназий, созданных в России. Кроме Пскова прогимназии были основаны в Москве, Ярославле, Киеве, Вольске, Оренбурге, Омске и Иркутске. Позднее, в 1869 и 1871 гг., были учреждены прогимназии в Петербурге и Тифлисе (в 1875 году перемещена во Владикавказ). В прогимназии принимались на казенный счет сыновья офицеров, военных чиновников, дворян и почетных граждан. Переводу в военные  прогимназии подлежали воспитанники военных гимназий, которые не могли освоить программу гимназии и имели по поведению неудовлетворительную оценку. Штатная численность прогимназий колебалась от 100 до 500 человек. В большинстве из них обучалось до 200 воспитанников. Учебная программа прогимназии соответствовала 4 классам реального или курсу уездного училищ. По окончании курса прогимназии выпускники, достигшие хороших результатов и имеющие примерное поведение, но не старше 16 лет, переводились в учительские семинарии Военного ведомства, остальных, но не моложе 17 лет, направляли в юнкерские училища. В 1882  г., когда военные гимназии  стали преобразовывать в кадетские корпуса, было решено все прогимназии упразднить.  Однако Псковская прогимназия несколько раньше, в 1876 году, была преобразована  в военную гимназию, которая и стала фактически прародительницей Псковского кадетского корпуса.

            Следует согласиться с автором одной из современных публикаций о Псковском кадетском корпусе А.А.Михайловым в том, что большая часть предшественников Псковского кадетского корпуса мало чего общего имела  с самим  корпусом. Непосредственным предшественником корпуса можно считать лишь Псковскую военную гимназию, преобразованную в кадетский корпус в 1882 г.

            Штат Псковского корпуса при его создании был определен в 400 воспитанников. Но в действительности их всегда было больше – 410-420 человек. В соответствии с «Положением Военного совета 1886 г.» администрация могла принимать сверхштатных воспитанников «в числе, допускаемом условиями помещений, и с таким расчетом, чтобы численный состав классов не превышал установленной нормы в 35 человек». Условия для размещения воспитанников в Пскове были хорошими, т.к. корпус унаследовал от военной гимназии обширное трехэтажное здание, построенное еще в царствование Екатерины II и реконструированное в 1850 г. Все кадеты были распределены по 4 ротам.

В корпусе преподавались: Закон Божий, русский, немецкий, французский языки, словесность, геометрия, арифметика, алгебра, история, естествознание, физика, космография, география, законоведение, рисование, танцы, пение. Кадетам давали весьма основательную физическую и строевую подготовки. За время существования Псковского кадетского корпуса учебные программы неоднократно менялись, однако приоритет точных наук сохранялся. Обучение в корпусе длилось семь лет. 1-я рота состояла из кадет У1 и У11 классов и была строевой.

            Абсолютное большинство среди псковских кадет составляли дети офицеров, обучавшиеся за казенный счет и жившие в интернате. По сословной принадлежности в Псковском кадетском корпусе обучалось 99,5 % детей дворян, 0,5% насчитывали дети духовенства, представители иных сословий в корпусе не обучались (по данным 1891 г.). В то же время  в Псковской мужской гимназии дворяне составляли 57,3 % всех учеников, а в Сергиевском реальном училище - 29,2%. В большинстве случаев кадеты происходили из малообеспеченных дворянских семей. Это подтверждает анализ списков воспитанников Псковского кадетского корпуса, из которого следует, что немалую часть воспитанников составляли сироты и дети отставных офицеров, живших почти исключительно на скудную пенсию.

            Первым директором Псковского кадетского корпуса стал генерал-майор Александр Сергеевич Курбатов. Это был опытный педагог, ранее служивший во 2-м и Киевском кадетских корпусах. Должность инспектора классов занял Михаил Александрович Энден, переведенный в Псков из Пажеского корпуса, где он в течение 16 лет состоял ротным командиром. А.С.Курбатов и М.А.Энден смогли привлечь в корпус немало талантливых педагогов. Так, естественную историю преподавал известный зоолог, исследователь Персии П.А.Зарудный, а словесность – автор многих пособий К.С.Хоцянов. Большой любовью воспитанников пользовался законоучитель Андрей Сенаторский. В годы Крымской войны он был священником Бутырского пехотного полка, участвовал в обороне Севастополя, где часто ходил с солдатами в ночные атаки. Поступив в корпус, он настолько полюбил своих воспитанников, что, по воспоминаниям ротного командира Ф.А.Ушакова,  даже прятал у себя на квартире тех кадет, которые были наказаны несправедливо или чрезвычайно строго.

            В 1891 г. А.С.Курбатов был переведен а Петербург, а Псковский кадетский корпус возглавил  генерал-лейтенант Иван Андреевич Боголюбов. Боголюбов был храбрым боевым офицером, участвовал в Крымской войне, в течение 36 лет служил в различных кадетских корпусах. Однако ко времени вступления в должность директора  И.А.Боголюбов был уже больным человеком. Директор мало интересовался кадетами, а те платили ему неприязнью и называли его «Бурбоном».

            При И.А.Боголюбове  в корпусе ухудшилась дисциплина. Появилась группа великовозрастных  второгодников, унижавших младшеклассников. Узнав о порядках в корпусе, Главный начальник  военно-учебных заведений Великий князь Константин Константинович с возмущением отмечал: «Это ли не хуже всякого пресловутого массового беспорядка, которого так было принято бояться перед моим вступлением в должность. Это ли не гаже беспорядка, происшедшего в марте или феврале в Александровском училище».

            В 1901 г. директором  Псковского корпуса  становится Владимир Александрович Шильдер, известный педагог,  некоторое время воспитывавший детей Константина Константиновича. При Шильдере довольно быстро устранили все недостатки, которые были порождены безынициативностью И.А.Боголюбова. Уже в 1904 г. Главный начальник военно-учебных заведений констатировал, что в Псковском корпусе «дело обучения и воспитания поставлено твердо и надежно». При Шильдере в корпусе широко стали практиковаться  познавательные экскурсии, походы с посещением исторических мест и предприятий. Заслуженной славой стал пользоваться в Пскове кадетский хор, а преподаватель музыки И.И.Тульчиев поставил в корпусе несколько опер.   

            Ежегодно в корпус в среднем принималось  до 80 человек. Однако далеко не всем из них удавалось закончить полный курс. Отсев был очень большим. Причины его в соответствии с документами различны. С 1881 по 1900 гг. «за неуспеваемость и дурное поведение» было исключено 155 человек (22% всех исключенных); «за неуспеваемость с переводом в вольноопределяющиеся» – 178 чел. (17%); переведено в другие корпуса – 220 чел. (31%); умерло за время обучения  35 чел. Таким образом, преобладающая часть кадет была исключена из корпуса за неуспеваемость и плохое поведение. Перевод в другой корпус зачастую был связан с переменой места жительства семьи кадета. Нередко перевод в другой корпус был связан с желанием избавиться от нерадивых и недисциплинированных воспитанников. В письме родителям по поводу перевода их сына В. Чурилова в другой корпус директор корпуса А.А.Курбатов отметил: «Перевод в другой корпус, а, следовательно, и в новую среду товарищей мог бы отрезвляющим образом подействовать на мальчика».

            Требования к воспитанникам в Псковском кадетском корпусе были высокие и выдержать их могли лишь наиболее старательные кадеты. Это же относится и к дисциплине, которая была в корпусе по-армейски строгой. В корпусе строго придерживались буквы опубликованной в 1903 г. «Инструкции для кадет Псковского кадетского корпуса»,  в которой, в частности, говорилось: «Кадет воспитывается для того, чтобы из него вышел прямой, твердый и честный слуга, преданный своему Государю и Отечеству». За малейшую провинность и плохую учебу на кадет налагались взыскания, среди которых были заключение в карцер, ограничение в пище, лишение увольнения в город. В конце века телесные наказания в корпусе почти не применялись.

            Основной груз воспитательных и учебных забот ложился в корпусе на офицеров-воспитателей. Абсолютное большинство воспитателей Псковского корпуса были простые  офицеры, выслужившие в армейских частях положенные сроки. Богатый жизненный опыт компенсировал отсутствие у них педагогического образования. В большинстве случаев педагогам Псковского кадетского корпуса удавалось пробудить у воспитанников интерес к военной службе. Особым авторитетом среди кадет пользовались офицеры, принимавшие участия в боевых действиях и имевшие награды. С большим уважением кадеты корпуса относились к военной форме. Наказание в виде лишения на какое-то время права носить погоны считалось унизительным. С определенной долей  высокомерия и презрения большинство кадет относилось к учащимся гимназий, школ и других гражданских учебных заведений. Как и в других кадетских корпусах, в Псковском кадетском корпусе был высок дух корпоративности. Этому в немалой степени способствовали педагоги, многое делавшие для сплочения воспитанников. Анализ журналов заседаний педагогического комитета Псковского кадетского корпуса показывает, что решению этой проблемы в корпусе придавалось большое значение.

            Вместе с тем для корпуса было характерным стремление старших  кадет покомандовать младшими, а иногда, может быть, и унизить их. В Псковском корпусе, судя по воспоминаниям обучавшегося там с 1906 по 1913 гг. А.В.Булгакова, «цук» был практически узаконен и освященное кадетской традицией требование подчинения младших кадет старшим как бы сливалось с уставным требованием воинского чинопочитания. Суд над «малышом», допустившим  «вольность или запанибратство по отношению к старшему по возрасту» производился старшеклассниками с разрешения, а иногда и в присутствии офицера-воспитателя. По мнению автора записок, «цук» был вполне осмыслен, так как приучал младших  кадет к вежливости по отношению к старшим. Кадеты «цук» понимали и оправдывали, поэтому протестов и жалоб никогда не бывало.

            Особой нелюбовью пользовались у кадет те, кто  жаловался воспитателям на соучеников. Кадеты называли их «ябедами», «фискалами» и часто подвергали бойкоту, длившемуся в отдельных случаях по несколько месяцев. Доносительство не поощрялось и самим начальством.

            Кадеты корпуса встретили революционные события 1905-1907 гг. крайне враждебно.  Они не только отказались принять участие в демонстрации, организованной в октябре 1905 г. учащимися губернской гимназии и учительской семинарии, но и, разобрав учебные винтовки, сделали попытку разогнать демонстрантов. При этом кадет Недведский был  ранен в голову. После этого кадеты выдали начальству тех из своих товарищей, кто слыл неблагонадежным. Классовая сущность кадет оказалась сильнее корпоративного братства и традиции недоносительства. Когда же в местной либеральной газете «Псковский голос» была напечатана статья о «добровольных жандармах из корпуса», кадеты пришли в редакцию требовать опровержения, «подняли шум, стали наступать на редактора, грозить» и удалились только после вызова полиции. В 1906-1907 гг. в городе произошли столкновения между кадетами и гимназистами из-за политических разногласий.

            Первая мировая война  вызвала в корпусе подъем патриотизма. Бегство кадет на фронт приняло прямо-таки повальный характер. Один из воспитанников, сын корпусного врача Б.Ждан-Пушкин, так писал в те дни о высоком предназначении военного: «В каждый миг офицер и солдат должны быть готовы отдать жизнь за других, за Родину. Постоянная, чуждая всяких колебаний готовность к самопожертвованию придает военному сословию возвышенный героический характер. И этот героизм налагает неизгладимый отпечаток на наружность военного».

            Псковские кадеты неприязненно восприняли февральскую революцию. Бывший кадет А. Айвазов вспоминал в эмиграции: «В политике мы не разбирались.  Скорее сердцем, чем умом, мы почувствовали приближение российской разрухи и вместе с нею крушение наших личных скромных жизненных планов. Как возможно, рассуждали мы, проходить церемониальным маршем перед президентом республики и лихо салютовать ему шашкой. Президент – презренный шпак представлялся нам в куцем пиджаке, с перхотью на воротнике и брюках в полоску». «Присягать каким-то дядям, засевшим в Таврическом  дворце, в Петербурге, - пишет В. Айвазов, - представлялось нам чем-то несерьезным и необязательным. Кадеты У11 класса демонстративно ходили группами по ротному помещению, продев под погон белый платок, означавший верность монархии. Освистывали ораторов, приезжавших в корпус».

            В июле 1917 г. военным министром было принято решение в связи с осложнением обстановки на фронте перевести Псковский кадетский корпус в Нижний Новгород. Но так как в этом городе не нашлось подходящего свободного здания, окончательным пунктом эвакуации была избрана Казань. Корпус покинул Псков 6 сентября 1917 г. В Казани корпус был размещен в здании Духовной академии.

Директор корпуса Большов в докладной записке в Главное управление военно-учебных заведений подробно изложил события, которые произошли в корпусе 24-25 октября 1917 г. Директор пытался доказать, что кадеты стали жертвой обстоятельств и никакого активного участия в вооруженных  столкновениях не принимали. Однако на самом деле в Казани старшие кадеты пытались помочь местным юнкерам подавить выступление революционно настроенных солдат-артиллеристов. Юнкера потерпели поражение, и разъяренная толпа солдат взяла здание Духовной академии штурмом. Дело могло кончиться поголовным истреблением кадет (как это произошло, например, в Ярославле), но каптенармус Махалин и корпусной хлебопек Кукушкин предотвратили бойню.

В августе 1918 г., когда  белые части взяли Казань, кадеты оказали им посильную помощь. В сентябре 1918 г. из-за приближения красных псковские кадеты покинули Казань и после трудного путешествия сначала добрались до Уфы, а потом  до Иркутска, где старшие по возрасту кадеты вступили в армию А.В. Колчака. Многие из них погибли на фронтах гражданской войны. Корпус прекратил свое существование в 1920 г. в Иркутске. С начала 1918 г. старшие  воспитанники корпуса не столько учились, сколько сражались.

 

                    Директорами  Псковского кадетского корпуса последовательно были:

 

  1. Генерал-майор А.С.Курбатов                                                  (1882-1891);
  2. Генерал-лейтенант И.А.Боголюбов                                        (1891-1901);
  3. Генерал-майор В.А.Шильдер                                                  (1901- 1910);
  4. Генерал-майор Большов                                                           (1910-1918)

 

            Всего с 1882 по 1918 гг.  Псковский кадетский корпус выпустил 1443 воспитанника. Большая часть из них поступила в различные военные училища. Около двух третей всех выпускников было направлено в Александровское, Павловское и другие военные  училища, 23% - в артиллерийские, 6% - в кавалерийские, 5% - в инженерное Николаевское училища. Высокий процент выпускников, направленных в артиллерийские училища, свидетельствует о хорошем уровне подготовки, так как для этого требовался более высокий проходной балл, чем для поступления в пехотные училища. В военных училищах выпускники Псковского  корпуса получили прозвище «зубрил». Прилежание и старательность в учебе псковских кадет нашли свое отражение даже в известном «Журавле»:

                                               На шпаргалки портачи,

                                         То кадеты-псковичи.

Генерал А.А. Игнатьев в своих мемуарах «Пятьдесят лет в строю» называет Псковский корпус в числе лучших по качеству преподавания и успеваемости учащихся. Об этом же  свидетельствует отзыв директора Константиновского училища Анчутина: «Из всех кадетских корпусов  за рассматриваемый период времени (1884-1886) наилучший контингент бесспорно дал училищу Псковский кадетский корпус. Можно сказать даже, что с кадетами этого корпуса не может идти в сравнение ни один из прочих корпусов, имевших в училище столь же многочисленных представителей».

            За годы своего существования Псковский кадетский корпус дал России немало известных людей. Его выпускниками были генерал А.М. Крымов, военные историки Н.Е. Духанин и П.Н. Симанский, видный военный теоретик А.К. Келчевский , художник П. Митурич и многие другие.

            Пантелеймон Симанский, будучи офицером Генерального штаба, в содружестве с коллегой по службе М.Б. Стремоуховым к 100-летию со дня  смерти А.В. Суворова (1900) подготовил и выпустил альбом «Жизнь Суворова в художественных изображениях». Эта книга, переизданная в 1999 г., и сегодня производит большое впечатление, а в 1900 году она была просто уникальна по собранию в ней портретов, картин, гравюр, рисунков, карикатур, фотографий скульптур, памятников, медалей и других произведений искусства, посвящённых  великому  полководцу.

            Петр Митурич родился  и вырос в семье потомственных военных, верой и правдой  многие десятилетия служивших России. Отец Петра, Василий Петрович был артиллеристом. В Псковском кадетском корпусе, где  Петр провел восемь лет, он пристрастился к живописи. В годы первой мировой войны Митурич, находясь в действующей армии,  активно сотрудничал с журналом «Лукоморье», где публиковались его фронтовые зарисовки 1914-1916 гг.

 

                 Краткая  библиография:

  1. Великолукский филиал Государственного архива Псковской области (ВФ ГАПО), Ф.6, Оп., 1.
  2. «Военная быль». Париж,  №32, 1958.
  3. Досуг кадета – псковича.  Париж, 1957.
  4. Игнатьев А.А. Пятьдесят лет в строю. М., 1986.
  5. Марков А. Кадеты и юнкера.  Буэнос-Айрес, 1961.   
  6. Михайлов А.А. «Псковская земля: страницы истории»,  № 1, 1994.

7.   Михайлов А.А.  Бюллетень ОКРКК в Сан-Франциско,  № 49, 1996.

8.   Наше наследие,  № 47, 1998.

  1. Педагогический Сборник,  № 11, 1891.

10.  Памятная книжка Псковской губернии на 1891 г. Псков, 1891.

11.  Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА), Ф.672, Оп. 1.

12. Ушаков Ф.А. Материалы для истории Псковского кадетского корпуса. Псков, 1901.

 


Фасады и интерьеры
ПОКЛОН ИЗ ПСКОВА ПСК. ВЕЛ.КН ЗАНИЕ КАД. КОРП img491
img497 КОРПУС ЗИМОЙ ЗДАНИЕ КК. img504
img504 img499 img493 img498
img508 ХРАМ ПСК КК ФАСАД ЗДАНИЯ

Начальники и педагоги

Наследие